Неликвид

Сара Кондра озадаченно перечитывала послание, доставленное этим утром в её дом. Жалкий треугольный огрызок бумаги нельзя было даже с натяжкой назвать письмом.

  - Вы только посмотрите на это неуважение к дару! - громко, будто жалуясь кому-то невидимому, возмущалась она. - Я, видите ли, стара! Могли бы написать мягче, стараясь не ранить тонкую женскую психику! Сами ведь женщины, чёрт их возьми. Хотя... судя по тому, с какой дерзостью написано это "непонятночто", чёрт их уже взял!

  - Сарочка, у тебя что-то сгорело? - из глубины роскошной квартиры раздался заботливый голос её седьмого мужа.

  - Фима, я тебя умоляю! Когда у меня что-то сгорало?! Даже мой пятый муж-гурман говорил, что я совершенно не умею переводить продукты!

  - Ну, если так говорил сам Давид Львович, значит, так оно и есть, моя птичка! - в словах главы немногочисленного семейства чувствовалось столько участия и понимания, что Сарочка могла бы немедленно разрыдаться, но слезинка не шла. Вместо этого, женщина сняла фартук, с вызовом швырнула на идеально чистый стол и отправилась туда, где зритель её предстоящей истерики, ни о чём не подозревая, читал свежий номер газеты "Потусторонние новости" - в гостиную.

  - Фимочка, ты не понимаешь! Они снова мне отказали! - возмущению домохозяйки не было границ.

  Честно говоря, госпожа Кондра вообще не признавала каких-либо границ. Она всегда шла к своей цели напролом. Иногда приходилось хитрить, но чаще всего всё-таки напролом.

  - Не может быть! - господин Кондра незамедлительно поднялся с кресла и поспешил навстречу жене. Трогательно прижав крепкую супругу к своему тщедушному тельцу, он участливо взял её за пухленькую ручку и постарался успокоить. Но Сарочка желала выговориться! Погладив мужа по спине и мягко пошлёпав по гладкой лысинке, она продолжила:

  - Сядь и послушай! - мадам Кондра торжественно вышла на середину зала, с пренебрежением, двумя пальцами, зажала листочек в руке и, делая акцент на каждом втором слове, начала читать:

  "Данным посланием, спешим сообщить вам, Сара Кондра, что ни в этом, ни в следующем году, веке, тысячелетии и так далее, мы не дадим вам разрешения на поступление в академию чародейства! Вам сорок один год! Смотрите на вещи реально! Старшей ученице нашего заведения всего двадцать лет! Ваши данные внесут в списки "Диких ведьм" и это единственное, чем мы можем быть вам полезны. Ваш дар проснулся слишком поздно.

  P. S. Совет практикующих ведьм с высшим специальным образованием решил ещё раз отклонить поданную вами в прошлом году заявку, относительно одиннадцатого номера".

  - Фима! Это заговор! И я это просто так не оставлю! В список "Диких ведьм!" Ты знаешь, что это значит? Читай между строк: магических недоучек! А насчёт одиннадцатого номера? В прошлом году, как все порядочные ведьмы, я прилетела за причитающимся и получила от ворот поворот. Они сказали, что заявку нужно подавать заблаговременно. Я тут же подала! Но её не захотели принять. Фима, там был такой скандал, что у верховной ведьмы сдали нервы и на её носу выскочила бородавка, а второй я таки оставила немного волос! Но, Фима! Обещаю, а ты знаешь, если Сара Кондра обещает - обязательно выполняет. Я полечу, разберусь и добьюсь! Я это сделаю, чего бы им это не стоило! И если мне откажут ещё раз, предыдущий выпускной окажется последним праздником в этой школе! Во всяком случае, последним праздником без жертв!

  - Да как они могут! - возмутился благоверный.- Да несмотря на то, что до возраста "ягодка опять" тебе осталось целых четыре года, ты уже в самом соку! И что значит "диких"? Ты же абсолютно домашняя, то есть я хотел сказать... - Фима осёкся на полуфразе и участливо посмотрел на супругу. Сейчас она походила на фурию, полководца и мстителя одновременно. В голове Сарочки созрел план и сердобольный муж от всего сердца посочувствовал тому, кому этот план уготовлен.

  - Где моя метла?! - стаскивая с затылка единственное бигуди, ораторша решительно осмотрелась по сторонам.

  - Я не трогал! - супруг, будто "взят в плен, но живой", тут же поднял руки вверх.

  - Вот видишь, Фимочка, я даже метлу сама найти не могу, а они мне отказали в самом необходимом ! Да я их всех...

  Остальная часть гневной тирады осталась Ефиму Кондра неизвестна, ибо, блеснув серо-голубыми глазами, Сарочка поджала пухлые губки, сморщила носик с еле заметной горбинкой, вильнула пышным задом и пошла искать то, что вот уже неделю не использовалось по назначению - метлу.

  ****

  Бедный, несчастный Арончик сидел на самой последней, самой низшей ступени Лестницы Успеха для выпускников. Так уж повелось испокон веков, что в ночь, когда каждому коту-спутнику выдают диплом с оценками и такую желанную, такую важную для будущего трудоустройства пятиугольную шапочку-пентаграмму, в школу прилетают ведьмы, шаманы и ведьмаки. С наступлением полуночи, с первым боем старинных часов, они придирчиво всматриваются в дипломы вчерашних учеников. Скрупулёзно пересчитывают на шапочках количество магических бубенчиков, задают вопросы на засыпку и выбирают лучших из лучших.

   Ещё три дня назад будущее потомственного спутника было предопределено! Высшие баллы по всем предметам! Идеальное поведение! А лучшие рекомендации, написанные рукой верховной архиведьмы, практически лежали под подкладкой его шапочки! Сколько сил и терпения пошло прахом!

   Бывший фаворит гонки за первую ступень пьедестала, нынче оказался всеобщим посмешищем. Ему досталась последняя, одиннадцатая ступень - ступень позора. Она была настолько унизительна, что даже не примыкала к остальным! Да и ступенью её тоже нельзя было назвать - так, маленький табурет с обрезанными ножками. А ведь это благодаря уму и сообразительности Арона некоторые из одноклассников умудрились закончить курс!

   Опуская голову всё ниже и, пряча от окружающих глаза - озёра печали, Арончик думал о том, что впервые ему стало по-настоящему страшно. Он боялся, что останется единственным невостребованным котом-спутником и его заклеймят позором. Да позор и сейчас, безмолвно восседая на его понурой голове в виде белой, а не чёрной шапочки, как у всех остальных выпускников, кричит и потешается над своим владельцем. Ещё Арончик очень боялся, что послужить магии сможет только посмертно, ибо невостребованных обладателей дипломов, чаще всего, подбирают чернокожие шаманы. Это страшные ведьмаки! По сути ничегошеньки не могут, зато умеют с умным видом вспарывать животному брюхо и делать вид, что гадают на внутренностях своих жертв. Кровожадные картины проносились в сознании бедного выпускника. Всё ниже и плотнее, прижимая своё упитанное тельце к поверхности позорного табурета, он старался не дрожать. А ещё он очень старался не думать о той, кем вот уже год пугают каждого ученика. И имя этому кошмару - Саракондра.

   Поговаривают, именно эта фурия в прошлом году чуть не испортила выпускникам праздник. И именно она стала причиной того, что всеми уважаемая директриса нынче щеголяет огромной бородавкой на носу, а милая, добрая ведьма из преисподней осталась практически без волос!

   Дикая Саракондра уделала всех! Единственный, кто интеллигентно отмалчивается и никак не комментирует визит странной особы - это набриолиненный демон-инкуб. Ведь именно ему удалось усмирить бешеную магичку. Несколько часов, наедине, он уговаривал скандалистку остепениться. И, видимо, истратил много сил, потому что после этого разговора он выглядел будто выжатый до предела лимон. А дикая Саракондра, с утроенной энергией грозя всем и вся, удобно уселась на метлу и отчалила, обещая вернуться ровно через год.

   Ещё говорят, что ранее неутомимый демон-любовник, нынче частенько берёт в библиотеке книги о взаимоотношении полов и уединяется для медитации.

   В этом году предусмотрительный наставник решил в выпускных гуляниях участия не принимать. Сказав: "Здоровье дороже", сиганул прямиком в ад - вроде как для восстановления нервных клеток, загубленных ещё на прошлом выпускном.

   Пытаясь отвлечь себя от гнетущих мыслей, Арон вспоминал день, когда переступил порог школы магии и чародейства. Очень хотелось стать для какой-нибудь ведьмы самым лучшим, самым достойным и, если уж совсем повезёт, любимым помощником. Единственное, что ему могло помешать в достижении цели - один белый волосок на грудке и три таких же, совершенно ненавистных волоска на спине. Ведь в правилах школы было указано чётко: "Заявки чёрных котов с изъянами не принимаются! Убирайтесь вон!" Даже тёмно-коричневое, практически незаметное пятнышко, считалось чуть ли не потомственным браком, а уж белые волоски и подавно.

   Но смекалистый авантюрист в два счёта придумал как обыграть злодейку судьбу! По дороге в школу он обратил внимание на человека, который оказывал прохожим услуги по чистке обуви. Среди используемых кремов популярным почему-то был именно чёрный. Обрадовавшись тому, что цвет ночи нынче в моде, кот незаметно стащил плохо лежащий тюбик...

  

   - Абитуриент Арон! - раздался голос из зала, в котором важно заседала приёмная комиссия.

   Уверенно перебирая конечностями, Арончик двинулся в сторону дубовой двери. Его появление вызвало в коллективе строгих судей приятное оживление, потому как абитуриент вошёл в зал на задних лапках, а этому начинают учить только со второго семестра.

   - Скажите, почему вы решили стать котом-спутником? - бесцветным голосом спросила долговязая ведьма с бородавкой на самом кончике увесистого носа.

  "Какая стать! - глядя на неё, подумал жаждущий поступления, - ах, эта кругленькая, розовая бородавка! Она, будто только что изъятая из раковины жемчужина! А пальцы! Какие пальцы - невероятно вытянутые, замысловато изогнутые в коварном изяществе! С вызывающими ногтями благородного, тёмно-янтарного цвета! Настоящая ведьма! Не то что современные, рыжеволосые подобия с кукольными личиками и томными вздохами..."

   - Я иду по стопам своих предков, ваша милость! - учтиво ответил кот.

   - Не подскажете ли имя вашего рода? - поинтересовалась ещё одна служительница тьмы. Её редкие, тонкие, нежно-бесцветные волосы, поднимались при каждом движении головы. Это выглядело невероятно мило и воздушно.

   Раскрыв до предела фисташковые глаза, Арончик восхищённо посмотрел на задавшую вопрос даму. Прелестные залысины на её висках играли солнечными зайчиками, два идеально острых клыка нижней челюсти шаловливо выглядывали наружу, разноцветные глаза дружно смотрели на переносицу и как бы соперничали между собой, какой из них краше. Но Арончику нравились оба: и левый красный, и правый лиловый. Не в силах оторвать взгляд от такого благообразия, кот важно сложил на чуть выпирающем пузике лапки и с достоинством произнёс:

   - Мои корни восходят к семейству Горнович.

   - С гор, значит, спустился, - подвёл итог всему вышесказанному набриолиненный хлыщ инкуб.

   Этот субъект Арону не понравился сразу: идеально выбрит, дурацкий подбородок с отвратительной ямочкой, тонкие, совершенно правильные, без единого изъяна губы, чудовищно прямой нос, мучительно голубые и безнадёжно нормальные глаза, а в довершение ко всему, леденящая, белозубая улыбка.

   Будущий ученик ответил экзаменатору достойно. Подняв подбородок повыше, выпрямив спинку натянутой струной и сощурив глаза понадменней, сказал:

   - Если вы заметили, ваша милость - меня зовут Арон. Арон - значит горный. Я не страшусь высоты и, балансируя на кончике черенка метлы, смог бы пролететь с избравшей меня ведьмой сотни миль!

   - Что ж, - мнимый красавчик обнажил свои крепкие зубы, - я думаю, вы достойны вступления в ряды наших учеников. Но прежде, чем я поставлю на ваши документы отпечаток вензеля магической службы, мне хотелось бы узнать, почему от вас ... эм.., горный кот, так пахнет обувным кремом? - Крылья его идеально ровного носа раздулись и демон со свистом втянули в себя воздух.

   - Ну как же?- удивился поступающий, - я старался соответствовать! - Он с гордостью продемонстрировал экзаменаторам длинные, идеально чёрные когти. - Кот-спутник должен быть абсолютно чёрным. А как же коготки? Они всегда белые, у любой породы! Вот я и подумал: если люди могут покрывать чёрным кремом свою обувь, почему кот не может покрывать тем же кремом свои когти?

   - Прелестно! - воскликнула ведьма с бородавкой на носу.

   -Как неожиданно и по-бесовски остроумно! - довольно всплеснула руками ведьма-одуванчик.

   - Оригинально... - сухо констатировал напомаженный.

   Долгожданный звук ударяющейся печати о папку с документами. По диагонали на всю титульную страницу штамп "Принят". А ниже мелким шрифтом то, что знал всяк сюда поступающий: "Сиим соглашением, вы обязуетесь служить магии до скончания лет. И только смерть избавит вас от данного обета".

  

   Ученические будни накатили с наступлением утра следующего дня. Все коты, успешно прошедшие вчерашнее собеседование и пожелавшие отдать своё чёрное тельце в безвозмездное пользование служителям магии, гуськом выстроились у порога школы. Ожидание верховной архиведьмы затянулось. Поэтому, некоторые из новоиспечённых учеников, кося зелёными, коричневыми, янтарными и фисташковыми глазами, исподтишка, присматривались друг к другу. А Арончик с интересом рассматривал старого, умудрённого жизнью ворона. Птица, как истукан, восседала на поперечной палке, прибитой над дверью школы и, не моргая, таращилась на пушистую братию. Арончику показалось, что старый пройдоха занимает столь почётное место неспроста. А ещё, где-то там, в глубине своего кошачьего подсознания, юный ученик чувствовал: каждый шаг, действие, фраза, слово и даже неприкрытое выражение недовольства будущих котов-спутников тут же станут известны многоуважаемым учителям.

   Директриса школы - великая архиведьма Сигурия - вышла к своим подопечным с запозданием в ровно тринадцать минут, тринадцать секунд. Оказалось, подобная задержка обуславливалась ежегодной традицией. Как только начальствующая особа появилась на пороге учебного заведения, старый ворон тут же перелез на её костлявое плечо и начал что-то накаркивать в ослиноподобное ухо своей хозяйки. А та лишь изредка причмокивала большими губами, покачивала взлохмаченной головой и косила на подопечного огромными чёрными глазами.

   - Что ж, - скрипящим, надрывным голосом, молвила служительница мрака, - я спешу поздравить вас с поступлением в школу для котов-спутников и не откажу себе в удовольствии припомнить всем вам, что с этого момента вы перестаёте принадлежать себе! Вы все... - она вытянула вперёд костлявую руку, со зловещим выражением глаз посмотрела на стушевавшихся котеек и впитала в себя исходящую от них волну страха:

   - Вы все... - повторяя нараспев, продолжила Сигурия, - ровно тринадцать месяцев будете учиться: служить, защищать, угождать, жертвовать. В назначенный срок, сюда, - она обвела рукой двор, - прилетят те, для кого вы станете неотъемлемой частью! Вы займёте места, согласно успеваемости и способностям на Лестнице Успеха, - директриса ткнула корявым пальцем в сторону деревянного пьедестала. На его верхней ступеньке, обычной масляной краской, была написана цифра один, за ней номер два и так далее, до десяти.

   - Кар, кар, карррр! - прокричал что-то в тон ей старый ворон.

   - Ах, да, конечно, милый Шельмик, я совсем забыла!

   Ведьма торжественно снизошла с крыльца до мощёного покрытия двора, так же важно, будто под венец, прошествовала к деревянному сооружению о десяти ступеней, властно наступила на последнее возвышение и продолжила:

   - К этой лестнице прилагается ещё одна, одиннадцатая ступень - ступень позора. Просто... в силу некоторых событий из прошлой выпускной ночи, мы решили её, так сказать, урезать.

   - А п-почему? - любопытство победило страх и один из учеников всё же решил поинтересоваться.

   С явной неохотой вспоминать и с большим желанием утаить тёмную страницу истории этого заведения, ведьма всё-таки ответила:

   - Все вы знаете, что наш мир, к сожалению, наделён не только высшими, учёными ведьмами, но и... нет, низшими представительниц этой касты назвать нельзя: дар некоторых из них может быть более, чем силён! Мы называем их дикими, не обученными. Их энергия настолько спонтанна, что не поддаётся контролю! Одна такая особа, в порыве ярости, может разнести в щепки всё, что её окружает! И мы, знающие назубок каждое заклинание и каждую магическую руну, ничего не можем сделать! Не можем потому, что дикие ведьмы действуют инстинктивно, они не нуждаются в знаниях заговоров! Эти чертовки могут получить желаемое, просто пожелав!

  

   "- Надо же, подумал про себя Арончик, - получается, что дикие ведьмы сильнее тех, которые посвятили развитию и укреплению своей магии сотни лет..."

   - Чаще всего дикие ведьмы не интересуются котами-спутниками, но если кто-нибудь из них всё-таки жаждет их получить, то достаётся им тот кот, который занимает последнюю, одиннадцатую, позорную ступень Лестницы Успеха! И только в том случае, если на него не претендует чернокожий шаман! В прошлом году сюда заявилась одна из... ложных! Эта персона обрела дар только после сорока лет, а значит, она слишком сильна и способна на всё! Женщина после сорока сама по себе ничего не боится, а если она ко всему прочему дикая ведьма - гремучая смесь, знаете ли!

   - Может, таких стоило бы уничтожать? - нерешительно предположил ученик, задавший предыдущий вопрос.

   - Ни в коем случае! - испугано вытаращила глаза директриса. - Это мстительные, страшные твари! Не приведи магия оказаться кому-нибудь из вас в их лапах! Вас будут унижать до конца ваших дней! Вы вкусите все страхи этого мира и будете медленно умирать от нелюбви и гнева! Из кота-спутника вы превратитесь в прикроватный коврик или в безмолвного, пожизненного раба на утеху дикому, извращённому сознанию. Запомните и дрожите! Имя ужаснейшей из них - Саракондра! Именно она возжелала заполучить кота-спутника. Мы ей, естественно отказали, даже заявку не приняли, но такие так просто от своей цели не отступаются. А посему, предупреждаю каждого: учитесь так, чтобы нам не пришлось прибивать ступень позора обратно! Ведь для нашего общего успокоения мы её просто отрезали. Нет ступени - нет проблемы. Так нам показалось...

  

   Подавленно опустив головы, пока ещё несмышлёные котята по указанию наставницы, один за другим, проследовали в здание школы. В сознании каждого из них пульсировала жилка панического страха: Са-ра-конд-ра, Са-ра-конд-ра...

   В маленьком классе отсутствовали столы, а так же окна и освещение, поскольку коты отлично видят и в темноте. Каждому ученику причитался лишь небольшой домотканый коврик прямоугольной формы и одна-единственная книга. Арончик самозабвенно прижался к учебнику, который оказался вдвое больше самого ученика, и с трепетом в душе прочитал название: "Пособие для обучения кота-спутника". Страницы фолианта были беспощадно потрёпаны временем, но радовали глаз множеством картинок и схем. С этим бумажным наставником Арончик расставался только на время короткого отдыха, а так же во время трапезы, похода по нужде и утренних водных процедур. Так уж было заведено в этой школе: ученики не только учились в общей каморке, в этом же помещении они спали на пёстрых ковриках и зубрили домашнее задание. Целью же самого обучения было назубок, от корки до корки, выучить книгу и продемонстрировать почерпнутые оттуда знания на практике.

   Обладая отличной памятью, Арон без труда осваивал всё, чему его учили. Предметы были разнообразные. Например, "Контроль уровня сглаза". Тут, знаете ли, полная отдача со стороны спутника нужна: а вдруг ведьма, наводя порчу, так войдёт во вкус, что потом даже за утроенную плату не сможет аннулировать свои чары. Ещё очень важными оказались знания относительно того, с какой стороны лучше следовать за хозяйкой по чётным и нечётным числам, в ветреную и безветренную, дождливую и солнечную погоду. Но на ряду с этими незатейливыми науками были и очень сложные, у которых только названия красивыми казались.

   Вот например: ювелирный уход за метлой; урчание, восстанавливающее нервную систему ведьмы; фигурное вылизывание сметаны на предсказательном блюдечке; утончённая сортировка по размеру и весу крылышек летучих мышей и сушёных лягушачьих лапок. Но даже с такими ответственными заданиями Арончик справлялся на "ура".

   И всё было бы просто великолепно! Ведь одноклассники всегда полагались на помощь их умнейшего друга - горного кота. Свернувшись на полосатых ковриках, они с интересом слушали на сон грядущий его разъяснения и советы относительно каких-либо сложностей. Арончик стал столь популярен, что все остальные ученики, подражая кумиру, тоже стали смазывать свои коготки чёрной обувной краской. И только одно создание, не смыкая своих тёмных вороньих глаз, скрытно следило за неугомонным поглотителем знаний.

   Все экзамены были сданы. Рекомендации написаны. И отличник не сомневался, что в свою подкладку шапочки, он положит бумагу с самыми лестными отзывами о его стараниях и успеваемости. Но грянул скандал разоблачения.

   Проклятый ворон улучил момент и подсмотрел самую сокровенную тайну самого перспективного ученика школы. Не давала, ох не давала старому крикуну покоя фраза директрисы о том, что , мол, такого спутника и самой под своё попечительство взять не стыдно! Крылатый в тот момент чуть с её плеча не свалился. Удержался лишь благодаря умению вонзать когти в кости. Но злобу затаил...

   ***

   За три ночи до выпускного вечера, в школе для котов-спутников устроили грандиозное пиршество. Во дворе, неподалёку от Лестницы Успеха, установили длинный стол, который ломился от роскошного ужина из целых двух блюд - ухи и отварной рыбы! Выпускники были в восторге: раньше им давали либо рыбу, либо только бульон от неё. А тут - сразу видно, что праздник - всё в один день, и всё на ужин! Откушали коты-спутники на славу! Кое-кто даже усы испачкать умудрился!

   Архиведьма, как водится, взяла слово. Дипломы перед собой колодой сложила и напутствие ученикам сказала - будто соловушка последнюю песню спел! Прослезились все, даже рыбы в ближайшем пруду, те, которых за тринадцать месяцев ученики съесть не успели.

   Арон, крепко сжимая в лапках свой заветный диплом и гордо подняв голову, в долгожданной шапочке-пентаграмме, первым ступил на Лестницу Успеха. Ему предстояло торжественно взойти по ней до самого верха. Одноклассники, затаив дыхание, следили за тем, как уверенно, лапка за лапкой, их друг восходит на вершину славы и благополучия.

   Удобно умостившись на ступени под номером один, самый умный кот-спутник от всего сердца поблагодарил наставников и друзей. Пообещал, что в выпускную ночь он с достоинством поднимется на это же место и покорится судьбе. Что значило: какая ведьма возьмёт, той до скончания своих дней служить и будет. Хотел счастливый выпускник ещё кое-что сказать, но огромный ворон, спланировав ему прямо на спину, беспардонно столкнул Арона вниз, к основанию пьедестала. Ловко извернувшись, кот приземлился на четыре лапы и недоумевающе посмотрел на обидчика. Но тот даже внимания на жертву не обратил. Вместо этого он тут же подлетел к директрисе, уселся на её плече и издал какой-то невнятный звук.

   - Ну-ка, ну-ка, Шельмик, что это ты мне в своём клюве принёс?

   Ворон вытянул шею и поднёс к носу ведьмы пахнущий обувной краской компромат. Некоторое время хозяйка птицы, скосив глаза в одну точку, непонимающе таращилась на волосок. Затем, брезгливо сжав его двумя пальцами, завизжала будто резанная:

   - Измена! Позор!

   - Кррррах, крррах! - вторил истеричке ворон.

   Несчастного Арончика обтёрли влажными тряпками, осмотрели с ног до головы, обнаружили ненавистные белые волоски и хотели было пинками выдворить за пределы школьного двора, но передумали. Диплом-то на лапах! Тайные знания получены! Имя и фамилия в магические ведомости выпускников внесены безвозвратно!

  

   Одиннадцатую ступень обратно прибивать не стали. Сказали, мол, велика честь на Лестнице Успеха бракованному созданию восседать. Вот табурет старый валяется, на нём пусть в сторонке и сидит. Даже ночевать в общую комнатушку не пустили. Да одноклассники и сами от Арона, как от чумного сторониться начали. Пришлось две ночи на дереве, в брошенном гнезде ютиться.

   И вот сидит он, горный кот, на позорном табурете, смотрит на то, как удача улыбается кому угодно, только не ему, и незримая авоська страданий всё сильнее тянет его тельце книзу.

   *****

   Котов-спутников в этом году желали разобрать с особой охотой. Чувствовалось всеобщее напряжение. Всё чаще архиведьма вскидывала голову и с тревогой вглядывалась в ночное небо. Всё ближе стрелки часов подбирались к цифре двенадцать. Всё сильнее начинали трястись поджилки Арона. И не зря...

   Разрывая небо на сотни чёрных лент, к школьному двору неслась сама Саракондра! Решительно настроенная ведьма сверлила взглядом непроглядную даль и мысленно считала секунды. Густые, светло-каштановые волосы фурии свободно развевались на ветру, пальчики с безупречным маникюром уверенно сжимали черенок метлы, а пышный подол вечернего алого платья нагло щекотал звёздное небо. Сара была огнём мщения и символом всепоглощающей дикой магии одновременно.

  

   Её фееричное приземление совпало с началом боя часов и заставило содрогнуться от ужаса всех присутствующих на празднике. Спокойно прошествовав к столу, за которым сидели наставники и её милость директор школы, дикая ведьма поприветствовала встревоженную компанию безупречным кивком головы и тут же потребовала свой трофей.

   - Не вам ли мы отказали в прошлом году? - ответила пересохшими от волнения губами директриса.

   - Вы огорчили меня, уважаемая Сигурия! - с самой очаровательной улыбкой парировала Саракондра. - Но я знаю свои права! Вон тот, на самой последней ступ... табурете?! В этом году вы решили избавиться от одиннадцатой ступени?! И ради чего?! Только ради того, чтобы не отдать положенное мне по закону?!

   Гнев негодующей ведьмы подхватил шквальный ветер. А на головы сидящих за столом наставниц, словно прицельно брошенные камушки, начал сыпаться крупный град. Ойкая и стеная, учёные ведьмы принялись магичить зонты.

   - Я желаю забрать этого кота! - выкрикнул низкорослый чернокожий шаман. Он решительно подошёл к сопернице, гордо блеснул поперечно торчащей в носу костью и отважно выпятил впалую грудь.

   - Жела-а-ешь?!- протянула Саракондра. - Так иди и возьми!

   Подцепив отполированную кость двумя пальцами, словно крючками, смутьянка притянула смельчака к себе и собиралась встряхнуть как следует, но благоразумие и находчивость шамана оказались на высоте.

   - Сдаюсь, сдаюсь! Ваш он, ваш! Всё равно кот с таким дефектом бесполезен даже посмертно!

   - Дефект у тебя в мозгах, живодёр! - громогласно возразила дикая ведьма. - Если ещё хоть одно животное умертвишь, сам вслед за ним на тот свет отправишься. Обещаю! А вы знаете, - она грозно посмотрела по сторонам, - если я что-нибудь пообещаю, обязательно выполню! Чего бы вам это не стоило!

   Она отпустила шамана, развернулась ко всем спиной и решительно подошла к позорному табурету.

  

   Арончик прилип к поверхности допотопной мебели всем телом. Ушки под белой шапочкой дрожали, правая задняя лапка предательски соскальзывала вниз, а хвостик был поджат так крепко, что впивался в бок.

   -Так вот ты какой... - нараспев сказала Саракондра.

   Она сняла с котейки шапочку, обозвала головной убор шутовским колпаком и, не обратив внимания на магические бубенчики, бросила через плечо. Предмет закончил планирование в аккурат на носу директрисы.

   - Я не достоин, я брак, я дефект, я, я... я неликвид!!! - срывая голос на сип закричал Арончик. А в доказательство всего вышесказанного поднялся на лапки и выгнул дугой спинку. Белые волоски предательски вздыбились вверх.

   - Ну, ну, не волоски определяют личность, дружок! - женщина мягко дотронулась до кошачьей шёрстки и нежно провела по ней рукой.

   Впервые за всю историю существования школы практикующие ведьмы увидели столь гармоничную пару "хозяйка и кот-спутник". Это были по-настоящему родственные души!

   Как только рука дикой ведьмы коснулась выбранного ею спутника, кот ещё выше выгнул свою пушистую спину и нежно заурчал. В его кошачьей песенке чувствовались и удовольствие, и преданность, и неземное, приятное уху каждой ведьмы успокоение. Над ступенями Лестницы Успеха лились игривые переливы этой баллады, а каждый выпускник завидовал и исполнителю, и его лёгкому, будто обусловленному самой магией, единению со своей повелительницей.

  

   Град растворился в воздухе, ветер утих в ожидании нового приказа, зрители завистливо таращили глаза.

   Лицо и стать дикой ведьмы преобразились. Она начала молодеть и хорошеть! Не было никаких сомнений: эта чародейка ещё долгие столетия будет удивлять мир изысканной красотой. Красотой молодой дамы не старше тридцати лет.

   Все присутствующие с удивлением заметили, как ненавистные белые волоски Арона потемнели и приобрели отменно- чёрный, совершенный для кота-спутника, цвет.

   - Невероятно... - прошептали в унисон и гости, и хозяева праздника.

  

   Саракондра подхватила своего нового друга и, крепко прижимая к себе, тут же села на метлу. Арончик мягко освободился из её тёплых объятий и, легко прошествовав по черенку, уселся на самом кончике.

   - Я ни за что не упаду! Не волнуйся! - весело крикнул он своей ведьме. - Арон - значит "горный" и горы всегда высоки!

   - А Сара - значит "правящая"! Кондра - это просто фамилия!

   - А я-то думал...

   - Да знаю я, о чём ты думал! Не всё так страшно, дружок! Самая "ужасная" волшба, которой я потчую своих близких - невероятно вкусные плюшки с творогом и сметаной! Кстати, сегодня они у нас к чаю!

   Помахав на прощание всем тем, кто так глупо разочаровался в его способностях, несомненно лучший выпускник школы для котов-спутников, цокнул коготками и метла начала плавно, будто по скользкой дорожке, подниматься в небо!

   - А кто нас ждёт дома? - настороженно поинтересовался новоизбранный служитель дикой магии.

   - Детьми годы не наградили, но есть очень заботливый седьмой муж, он же последний - Ефим Кондра! Самый обычный демон, между прочим. Правда, вся его демоничность относительно семьи выражается исключительно в заботе, любви и понимании!

   Сара рассмеялась и, поддавшись хорошему настроению, тоже помахала рукой. Пусть, мол, учёные ведьмы видят, как она счастлива!

   В сознании Арончика замелькало множество приятных картинок: хозяйка, её добрый муж, сам Арончик и много-много счастливых столетий жизни! Постепенно в их светлом доме, одна за другой появятся три пухленькие девчонки. Отец, теперь уже многочисленного семейства, даст дочерям редкие, древние имена: Хана Кондра, Ора Кондра и Атара Кондра. Малышки подрастут, обретут дар, но не пойдут учиться в академии: их магия будет дикой и независимой. Зато каждая из них, в назначенный срок, прилетит на метле во двор этой школы и отстоит своё законное право на получение кота-спутника.

   Да и отстаивать особо не придётся: Саракондру-то здесь вовек не забудут!

lhttp://samlib.ru/s/shtorm_s/nelikwid.shtml

По ту сторону заката. Глава 2

 Глава 2

Сказки  Волшебного народа.

« Вдруг из вод показалась женщина дивной красоты. Длинные чудные

зеленые волосы ее, падавшие густым покровом на спину и плечи и спускавшиеся

до самых колен, были прикрыты маленькой вострой шапочкой.

 Светлые глаза глядели весело из-под тонких бровей, а стройное тело было покрыто белой, легкой одеждой, разукрашенной кораллами, цветами и раковинами».

Ирландская сказка.

Страшная, нелепая смерть Дамблдора потрясла всех. Нет, это ещё мягко сказано. Казалось, рухнули сами основы магического мироздания. Все, и студенты, и преподаватели почувствовали себя одинокими и беззащитными перед лицом надвигающейся опасности.

Гермиона тихо всхлипывала, сидя в гостиной Гриффиндора:

- Что же теперь будет? С нами со всеми, с Гарри?

Рон неуклюже пытался её утешить, но у него самого на душе было неспокойно.

Поняв, что рассчитывать нужно теперь только на себя, Гермиона взяла себя в руки и решительно уединилась ото всех. Ей надо было подумать. Она долго сидела в своей комнате, отгородившись от всего мира заклятием тишины, грызла перо, глядя в окно на хмурое небо, и обдумывала послание. Наконец, она собрала всё своё красноречие и села писать письмо. Написать надо было так убедительно, чтобы неведомая Айслинн не отказалась её принять.

Отправив письмо с совой, она стала с нетерпением ждать ответа.

- Мне кажется, ты ждёшь письмо, что-то срочное? – спросил Гарри, заметив, как Гермиона, сидя за ужином в Большом зале, всё время поглядывает на окно.

- Да, есть кое-что, - неопределённо ответила она с досадой, сразу переводя разговор на другую тему. Проницательность Гарри на этот раз была ей совершенно не по душе. Как бы ни начал её расспрашивать.

Но тактичный Гарри ограничился только одним вопросом. На данный момент ему было не до чужих проблем, помимо смерти Дамблдора его угнетала мысль о скорой и неизбежной разлуке с Джинни. Самое неприятное в этой ситуации было то, что он добровольно собирался с ней расстаться, чтобы Волдеморт не мог как-то повредить ещё и ей. Гермиона догадывалась о трудностях Гарри, но ничем не могла ему помочь, и сердце её разрывалось от тоски.

Ответ от Айслинн О’Нил так и не пришёл. Прождав понапрасну два дня, Гермиона написала новое письмо, ещё отчаяннее прежнего. И вдогонку послала третье, на всякий случай.

К вечеру сердитая серая сова принесла долгожданный ответ. Они все трое сидели в Общей гостиной и молчали, занятый каждый своими невесёлыми мыслями. Гарри, расстроенный разговором с Джинни, даже не спросил, от кого письмо, Рон, чтобы отвлечься, жонглировал сразу несколькими предметами: перьями, чернильницей и карандашом. Гермиона в первый раз порадовалась равнодушию друзей и быстро ушла к себе, чтобы прочитать письмо.

Дрожащими от нетерпения руками она раскрыла конверт. В письме Айслинн, явно удивлённая столь пристальным вниманием к своей особе, сообщала, что она слышала о Гермионе Грейнджер от Симуса Финнигана («Да благословит Мерлин его болтливый язык!» - подумала Гермиона с благодарностью) и будет рада видеть её у себя. К письму прилагался порт-ключ в виде большого гусиного пера. А, может, куриного, в орнитологии Гермиона не была сильна.

С души её словно камень свалился. Теперь полдела сделано. Оставалась, правда, другая половина, самая трудная, пожалуй. Ну, что ж, надо решать проблемы по мере их поступления.

День, когда Гермиона прибыла в Ирландию, был солнечный и ветреный. Она осторожно открыла глаза, почувствовав под ногами твёрдую почву: не каждый день ей приходилось пользоваться порт-ключами, тем более одной, а вдруг куда-нибудь не туда занесёт?

Но занесло, похоже, именно туда, куда надо. Гермиона огляделась. Она стояла на небольшом пригорке, слева расстилалось большое голубое озеро, за ним виднелись горы. Справа зеленели поля, огороженные заборами из камней. Впереди темнел густой лес. Домов нигде не было видно.

Гермиона торопливо вытащила заветную бумажку с длинной фразой на древнеирландском, заботливо вложенную в письмо. К счастью, к фразе прилагалась транскрипция на английском, иначе это невозможно было прочитать. Гермиона попробовала было выучить заклинание наизусть, но не преуспела в этом и решила читать по бумажке, а то вдруг ошибёшься, что тогда случится, кто знает?

Стараясь не запинаться, она медленно прочитала: «Rath Dé ar an obair! Go méadaí Dia do stór!»

Интересно, что бы это значило?

Она внимательно огляделась: действует ли заклятие?

Прямо перед ней воздух словно сгустился и задрожал как от летнего зноя. Впереди начали проступать контуры маленького сельского домика, увитого плющом. Гермиона увидела белые кирпичные стены, каменный забор, лужайку с цветами. Прямо от её ног начиналась дорожка, ведущая к дому. Она сложила бумажку, аккуратно убрала её в карман, поправила сумку и пошла по дорожке. Сердце её сильно билось, как-то её встретят, удачной ли окажется поездка?

Когда она подошла к самой изгороди, на неё вдруг взлетел яркий петух и звонко закукарекал. Гермиона даже вздрогнула от неожиданности. Калитка отворилась сама собой, словно приглашая войти. Петух скосил глаз и внимательно разглядывал гостью.

- Здравствуйте, - на всякий случай сказала Гермиона.

Петух расправил крылья, но ничего не произнёс, хотя вид у него был такой, словно он всё понимает. Да и неудивительно, в таком волшебном месте должны водиться волшебные животные и птицы.

Гермиона вошла в садик, полный цветущих растений, огляделась. Тут же, прямо из ниоткуда, возникла невысокая женщина в ярком зелёном платье с вышивкой и в белом чепце. Появление хозяйки из воздуха смутило Гермиону: женщина явно не вышла из дома и не появилась из кустов, хлопка аппарации тоже не было.

- Ну, здравствуй, Гермиона Грейнджер, - сказала женщина приветливо, но без тени улыбки на лице. – Рада тебя видеть.

Внешность Айслинн О’Нил была примечательной. Издалека она показалась Гермионе совсем молодой, тёмные прядки без единого седого волоса выбивались из-под чепца, на лице не было ни единой морщинки. Но когда подошла ближе, стало ясно, что она вовсе не так молода, глаза её смотрели устало и мудро, глаза человека, много повидавшего на своём очень длинном веку.

- Мой будильник предупредил о твоём появлении, - хозяйка кивнула на петуха, тот распушил пышный хвост и почистил пёрышки.

- Пойдём в дом, там и поговорим.

Домик снаружи казался совсем маленьким, но, переступив порог, Гермиона заметила, что кухня здесь довольно просторная, так же имелась большая кладовка, за приоткрытой дверью угадывались ещё комнаты. Ну, такими фокусами с расширением пространства её не удивишь, это она уже наблюдала на Чемпионате по квиддичу.

Хозяйка провела гостью в кухню и усадила на широкую резную лавку. Гермиона сразу начала украдкой разглядывать помещение: ей показалось, что она попала в музей средневекового быта, домашняя утварь на полках, вышитые кружевные салфетки, пучки трав, свисающие с потолочных балок. Такое убранство комнаты она видела только в исторических фильмах. Но от фильмов эту кухню отличала совершенно особая атмосфера, казалось, всё вокруг пропитано странной древней магией. Да так оно, наверное, и было.

Айслинн взмахнула рукой, и большой деревянный стол сам застелился кружевной вышитой скатертью. Нет, от средневековья этот дом отличало ещё и богатство интерьера, такой роскошной скатерти в простых домах не водилось, разве только в королевском дворце.

- Красивая вещь, подарок феи,- пояснила хозяйка, заметив интерес гостьи. – Довольно старая, ей уже лет 700.

Гермиона тут же с удвоенным интересом начала разглядывать удивительную вещь. И обнаружила, что узоры на ткани неуловимым образом меняются, стоит только к ним присмотреться. И вышиты на ней очень необычные звери и цветы, таких она вообще никогда не видела.

Айслинн улыбнулась краешком губ, однако больше ничего не сказала.

Оторвавшись, наконец, от созерцания волшебной скатерти, Гермиона заметила, что хозяйка хлопочет у печки и при этом почти не пользуется палочкой, небрежно заткнутой за пояс. Чайник, чашки, ложки и ножи подчинялись просто мановению руки. У Гермионы тут же проснулся исследовательский интерес.

«Это очень странно и необычно, - подумала она, внимательно следя, как чайный сервиз сам располагается на столе. – Наверное, какой-то особый вариант эльфийской магии».

Пучок трав сам отцепился от стены и влетел в котёл с водой, ложка с длинной ручкой начала его помешивать. Запахло луговыми цветами, мёдом и вроде даже над котлом запорхали бабочки. Гермиона моргнула: нет, показалось. Айслинн при этом приговаривала странные слова, наверное, на ирландском.

«Зелье, что ли?» - удивилась про себя Гермиона.

Словно в ответ на её мысли хозяйка ответила, не переставая следить за котлом:

- Сейчас будет чай на травах, вот и поговорим.

Скоро чашка с дымящимся чаем опустилась прямо перед ней, и Гермиона вдохнула сладкий аромат. От этого запаха на душе стало легко и светло, словно все мучившие её проблемы растаяли без следа. Она пила чай медленными глотками, и к ней возвращалась надежда.

- Ещё чаю? –  спросила хозяйка, и к столу тут же подлетел чайник. Гермиона не могла отказаться и подняла чашку. Но подняла недостаточно быстро, и немного чая выплеснулось прямо на скатерть. Гермиона отчаянно покраснела: не успела придти, а уже испортила такую вещь!

Но к её изумлению, пятно моментально исчезло, и скатерть снова сияла белизной.

- Эту вещь не так - то просто испортить, - сказала Айслинн, проводя рукой по вышивке. – Эльфийская работа. А если ты больше не хочешь чая, рассказывай, что тебя ко мне привело. Я так поняла, большая проблема.

Гермиона кивнула. Ей вдруг стало неловко и, хотя она накануне долго сочиняла убедительную речь и даже репетировала её перед зеркалом, все нужные слова, как нарочно, вылетели из головы.

Айслинн заметила замешательство гостьи и подбодрила её:

- Если ты не знаешь, с чего начать, я буду задавать тебе вопросы. Так тебе будет проще.

Она села напротив, подперев рукой голову, и Гермиона снова поразилась, какие мудрые и немолодые глаза у этой странной женщины.

- Ты писала, что хочешь защитить одного достойного человека от смертельной опасности, так?

Гермиона кивнула.

- И упомянула Обряд Фей. Это тебе Симус поведал?

- Да. А ещё я прочитала вашу статью в старом журнале…

Тут Гермиона прикусила язык: на лицо хозяйки набежала тень, глаза сверкнули недобрым огнём:

- Как же, помню, помню. Я - то на старости лет хотела поделиться своими знаниями, время тогда тоже было неспокойное. Так меня чуть в Азкабан не упекли за это! Больше я ничего и нигде не писала, а с Министерством и вовсе знаться не желаю. Так что имей в виду, если ты вдруг имеешь к ним отношение…

- Нет, нет, - поспешно заверила Гермиона, чувствуя себя очень неуютно под неласковым взглядом Айслинн. – Я вовсе не из Министерства. Я по личному делу.

Голос  хозяйки немного смягчился:

- Да если даже и от них, им так просто меня не поймать. В прошлый раз ничего у них не вышло, и в другой раз я не дамся.

- Вы от них убежали? – в голосе Гермионы послышался явный интерес.

- Убежала! Ещё чего, - фыркнула Айслинн. – Я просто спряталась от них, прямо вместе с моим домом.

Заметив изумление гостьи, охотно пояснила:

- Это старый эльфийский фокус. Тебе ведь Симус говорил, кто были мои предки? Да, да, кое-кто из Волшебного народа. Так вот, сильно меня тогда эти министерские разозлили. Я, было, думала превратить их во что-нибудь, да вовремя опомнилась, тогда бы они вовсе от меня не отвязались. Ну и сыграла с ними шутку. Взяла кипящий котёл и для большего эффекта грохнула его об пол. Из котла повалил синий дым и закрыл всё вокруг. Когда эти двое прочихались и глаза протёрли, обнаружили, что стоят в чистом поле, а дома моего и след простыл. Долго они тогда по полям бегали, к соседям моим ходили. Только те им сказали, что найти эльфа, если тот этого не желает, невозможно. С тем министерские господа и отбыли. С тех пор я зареклась писать что-то в их журналах.

- Да, это, конечно, было эффектно, - сказала ошеломлённая Гермиона. Один раз она уже видела не менее эффектное исчезновение Дамблдора из собственного кабинета, когда его пришли арестовывать.  Только он не вместе же с кабинетом исчез.

Лёгкая улыбка удовлетворения пробежала по губам Айслинн, но глаза по-прежнему не улыбались.

- Ладно, дело это прошлое, лучше поговорим о тебе. Твоему рыцарю нужна защита. И я, кажется, догадываюсь, как его имя.

Гермиона отчаянно покраснела, и даже слёзы навернулись ей на глаза.

- Ну, ну, не надо плакать, - сказала Айслинн почти ласково и прищёлкнула пальцами. - Выпей чайку и успокойся, никто не узнает твоей тайны.

Чайник подлетел ближе и налил полную чашку ароматного напитка. От запаха Гермионе сразу стало легче.

- А догадаться нетрудно, - продолжила Айслинн, внимательно глядя на девушку. – Я много слышала о вас, о Поттере, естественно, Симус много рассказывал про свою школу. Только почему ты пришла именно сейчас?

Гермиона торопливо отставила чашку и объяснила, что у Гарри скоро день рождения и защита крови, о которой говорил Дамблдор, перестанет действовать. И сам Дамблдор недавно погиб, Гарри лишился единственного защитника.

- Я не знаю, как ещё ему помочь, - призналась Гермиона, вертя в руках пустую чашку. – А Волдеморт…

- Не упоминай здесь это имя, - резко сказала хозяйка.

- Но разве вы тоже его боитесь? – удивилась Гермиона.

- Нет, не боюсь, только у нас тут существует поверье, что называя имя, ты привлекаешь и его носителя. Так что называй его как угодно, только не этим именем.

И добавила вполголоса:

- Многие поверья часто неожиданно оказываются истинными.

- Хорошо, - согласилась Гермиона. – Не буду его называть. Но вы мне поможете?

Голос её сделался просительным.

Айслинн долго молча хмурилась, наконец, сказала, словно нехотя:

- Я, конечно, с удовольствием тебе помогу, только знаешь ли ты о последствиях применения эльфийской магии?

- Симус кое-что говорил, - ответила Гермиона.

- Вряд ли он рассказал много.

Айслинн встала и прошла к очагу. Взмах руки – и, откуда ни возьмись, явился большой пирог, в форме рыбы. Он шлёпнулся на блюдо и прилетел на стол, прямо под нос Гермионе. Она даже отпрянула от неожиданности.

- Извини, я давно не принимала гостей, - сказала Айслинн, снова усаживаясь за стол. – Надо было сразу тебя угостить. Только сразу-то я не могла решить, буду  я помогать тебе или нет.

- А теперь решили? – осторожно спросила Гермиона, разглядывая пирог, он так был похож на настоящую рыбу, что казалось, сейчас пошевелит плавниками и уплывёт.

- Ты ешь пирог, разговор будет долгий. Не бойся, он не заколдованный, хотя раньше в эльфийском доме могли и таким угостить.

Увидев замешательство гостьи, Айслинн опять чуть улыбнулась краешком губ:

- Вот видишь, ты совсем не знаешь эльфийские обычаи. Придётся кое-что тебе рассказать, а дальше ты сама решишь, браться за такое волшебство или нет. Ты ешь, ешь.

Большой нож прилетел с полки и взялся резать пирог, который никуда, конечно, не уплыл. Куски сами раскладывались по тарелкам.

- В давние времена здесь в Ирландии жили Племена богини Дану, сейчас их называют Волшебный народ, или эльфы. Но это совсем не те эльфы-домовики, что живут в рабстве у вас, в Англии. Потом пришли люди. Сначала и люди, и эльфы жили дружно, даже женились между собой. А потом пошли конфликты. Кто первый начал, я сказать не могу. Люди считают, что виноваты эльфы, будто бы однажды один эльф украл жену короля Патрика О’Тула, своего друга. Королю это, естественно, не понравилось. Вот с этого времени и начались раздоры. А, может, всё было совсем наоборот, я ведь слышала и эльфийскую версию. Ты ешь пирог, ешь.

Гермиона, наконец, последовала настойчивому совету и отломила кусочек. Пирог оказался превосходным.

- Так оно было или иначе, но люди и эльфы с тех пор не очень ладили, и волшебники, и маглы. Дело ещё в том, что привычки у эльфов слишком, скажем так, своеобразны. Я бы сказала, что эльфы часто ведут себя как капризные дети, понравилось что-то, просто взял, захотел – наградил, а был не в духе – взял и проклял. Справедливости ради нужно отметить, что и люди частенько так себя ведут, и не только в древности, но и сейчас. Скажешь, нет?

Гермиона была вынуждена согласиться.

- Дети-то они, конечно, дети, но очень могущественные, их легко обидеть, а вот помириться трудно. Однажды некий крестьянин рассказывал своим детям про эльфов, те так увлеклись, что стали их звать, предлагали угостить молоком, у того крестьянина была очень хорошая корова. И что ж ты думаешь, несколько эльфов и впрямь явились, это я к тому, что не стоит настойчиво упоминать имя, если не хочешь встретиться с его хозяином. И вот крестьянин угостил эльфов  молоком и неосторожно предложил приходить ещё. Так они повадились ходить к нему каждый день и выпивать всё молоко до капли. И дети крестьянина остались совсем без молока. Бедняга не знал, что делать, не мог же он прогнать непрошеных гостей, обидеть эльфа очень опасно. На его счастье, явилась к нему сама Королева фей и рассерженно потребовала, чтобы он прекратил угощать её детей молоком, от этого они становятся тяжёлыми и не могут летать. Бедный крестьянин признался, что угощает эльфов не по своей воле. Тогда Королева ещё больше рассердилась и сказала, что сама накажет своих детей, и они больше докучать никому не будут. На следующий день в дом явился молодой эльф и принёс мешок золотых монет. Все домочадцы было несказанно рады и золоту, и тому, что избавились от эльфов. Эти деньги долго потом хранились в этой семье и принесли им счастье. Кстати, сам крестьянин был маглом.

Гермиона заслушалась и не заметила, как съела всю свою порцию пирога. Сама хозяйка почти ничего не ела. В кухню тихо вошёл петух, вскочил на лавку и ему тут же отсыпали крошек от пирога.

- Но это ещё не самая плохая история, - задумчиво сказала Айслинн, отщипывая от своей порции кусочки. – Бывали и более грустные истории. Вот как случилось с моим предком. Жил на свете юноша по имени Коннор и был он лучшим свирельщиком на свете. Таким замечательным, что однажды его пришла послушать сама Фея Озера. 

В нашем роду из поколения в поколение передаётся предание о том, как они встретились.

Ну, ладно, это история долгая, словом, они понравились друг другу и поженились. 

  У них родилось трое детей, две девочки и мальчик. Жили они долго и счастливо до тех пор, пока Коннор не нарушил своего обещания, данного при свадьбе. А обещал он, что никогда не будет подсматривать, что его жена делает лунными ночами. Но вот как-то он не выдержал, до того ему стало любопытно, что он всё-таки выследил свою жену. А она ясными лунными ночами отправлялась к своему озеру, там превращалась в птицу и летала над водой. Но когда он нарушил обещание, она сказал, что больше не может с ним оставаться и исчезла в озере. Коннор долго горевал, и даже дети его не могли утешить. Лунными ночами он приходил на озеро и там беседовал со своей женой. Но она никогда больше не выходила на землю.

Однажды Коннор ушёл на своё озеро и не вернулся. Тела его так и не нашли. Все думали, что он утонул.

Айслинн отщипнула кусочек пирога и задумчиво протянула петуху.

- Мне-то кажется, что он остался жить со своей женой там, в её озёрном замке. Но вообще, у нас в роду не любят вспоминать о феях, хоть они нам и родственники.

- Почему? – спросила заинтригованная Гермиона.

- Дочь Озёрной феи, моя пра-прабабка Деллма, встретила в лесу молодого человека Динни Макдермота и полюбила его. А был он в свите Эльфийской королевы, не по своей воле,  и та, разумеется, никуда не хотела его отпускать. Но Деллма сумела разрушить чары и вызволила своего возлюбленного. Эльфийская королева была в ярости. И она прокляла обоих. Деллма многие годы всячески оберегала мужа, подарила ему сильнейший оберег.  Долго-долго ничего не случалось, и вся семья стала надеяться, что проклятие потеряло силу. Но это было не так. Однажды Динни стал жаловаться, что ему снятся дурные сны, Королева напоминает о своём проклятии. И надо же такому случиться, пошёл он днём на речку искупаться, снял свой оберег, а когда вышел на берег, забыл надеть. Поблизости на поле бродил огромный бык. Вдруг он набросился на несчастного Динни и забодал до смерти.  Вот с тех пор у нас в семье очень осторожно относятся ко всему, что связано с Волшебным народом. Слишком часто это приносит несчастья.

Гермиона сидела прямо, глядя перед собой.

- Что же мне тогда делать? – спросила она и посмотрела на Айслинн.

- Что угодно, только не связываться с эльфийскими обрядами.

Гермиона вздохнула и не ответила.

- Ну, хорошо, - смягчилась Айслинн, - давай вместе подумаем. Если бы твой Гарри захотел спрятаться от Сама-знаешь-кого…  Я с удовольствием его спрячу, никто никогда не найдёт, пока он сам не надумает выйти.

- Нет, - покачала головой Гермиона. – Наоборот, он стремится поскорее покончить со всем этим. Он никогда не будет прятаться.

- Я и не сомневалась.

- Вот если бы ему какой-нибудь оберег, самый сильный…

Айслинн задумчиво смотрела на Гермиону:

- Обереги у меня есть, и очень хорошие, такие спасут от кого угодно. Но действуют они только тут, у нас. У вас, в Англии, они бесполезны.

- А что-нибудь другое?

Голос Гермионы опасно задрожал.

- Если бы Поттер хоть чуть-чуть владел эльфийской магией, то мог бы с лёгкостью отводить глаза, например. Это бы ему очень помогло в бою. Я могу его научить, за полгода - год.

Гермиона с сожалением покачала головой:

- Боюсь, у нас уже нет времени.

- Жаль. Думаю, Сам-знаешь-кто не разбирается в эльфийской магии. А есть ещё хороший способ – древнее проклятие. Ручаюсь, перед таким никто не устоит, даже Сам-знаешь-кто, что бы он там о себе ни думал.

Гермиона испуганно посмотрела на Айслинн:

- Проклятие? Вы хотите сказать, Непростительное заклятие?

Голос хозяйки прозвучал раздражённо:

- При чём тут Непростительные? Я сказала именно то, что и хотела. Существуют хорошие сильнейшие проклятия. В том числе рунические.

Она задумалась, уставившись в окно. Гермиона ощутила тревогу и начала уже жалеть, что связалась с такой непредсказуемой и, по-видимому, довольно опасной женщиной.

Наконец, Айслинн очнулась от раздумий:

- Нет, боюсь, что ничего не выйдет, - сказала она с сожалением. – Сама я не смогу наслать достаточно сильное проклятие, всё-таки я больше защитой занималась да целительством. А знаменитый наш Чёрный колдун, которого все так боялись, уже много лет как пропал. Говорят, куда-то в горы переселился. И не найти его, если он сам не захочет.

- И что же делать? – осторожно спросила Гермиона, уже боясь нечаянно рассердить хозяйку.

Айслинн нахмурилась:

- К сожалению, остаётся только этот Обряд Защиты.

- Почему, к сожалению? – живо поинтересовалась Гермиона. – Разве он не действует?

- Действует, ещё как. Вот послушай. Много лет назад, например, юная волшебница Каелеа обратилась к моей пра-прабабке Деллме за помощью. Её жених должен был сразиться со злым друидом. У юноши не было ни единого шанса. Деллма провела обряд, друид был побеждён, всё закончилось хорошо.

- Тогда почему… - начала Гермиона.

- Есть одно условие.

Голос хозяйки прозвучал жёстко.

 Сердце Гермионы сжалось от нехорошего предчувствия.

- Гарри Поттер любит тебя так же как ты его? – прямо спросила Айслинн, сверля Гермиону тяжёлым взглядом.

Бледность щёк и опущенные ресницы были ей ответом.

- Плохо, очень плохо. Обряд защитит твоего рыцаря, не сомневайся, он обязательно победит. Но если он тебя не любит, ты умрёшь на закате того же дня.